Doctor of Science (Philosophy), Doctor of Science (Law), Professor, Head of the Department of Ethical, Legal and Sociological Expertise r, Head of Department of Philosophy, Bioethics and Law
доктор философских наук, доктор юридических наук, профессор, заведующий Отделом этической, правовой и социологической экспертизы, заведующий кафедрой философии, биоэтики и права
This article makes explicit the discrepancy between the original term "human enhancement” and its Russian translation. "Enhancement” is interpreted as improvement and not perfection. At the same time, the operational content of the term "perfection " makes it possible to overcome the numerous ethical issues of the use of “human enhancement" technologies highlighted in the scientific literature. Apparent relativism of the term "improvement" hinders the generation of quantitative and qualitative evidence of perfection. "Human enhancement" technologies regarded as human perfection technologies result _ from the evolution of all the previous and current anthropic technologies, but there is an extent to which they can be applied after which a person can acquire a new quality. The moral status of the "Homo Perfectos" is very important for bioethics. Obviously, having more features of a technogenic species than those of a biospecies, it will create and share a new system of moral values, in which the technical "life support system" would represent the major value, and the preservation of natural features will be of applied value. This can be interpreted as the improvement from the viewpoint of Homo Perfectus, and as degradation from the standpoint of modern bioethics. The alternative may be seen as bioimprovement, i.e. the implementation of the natural program of self-development of the living. But mankind does not yet have sufficient knowledge, while commercial interests demand accelerated advancement of technology, rather than fundamental science.
В статье эксплицировано несоответствие оригинального термина «human enhancement» его русскоязычному переводу как «улучшение», а не «совершенствование» человека, что привело к аксиологизации описываемого данным термином феномена. В то же время, операциональный контент термина «совершенствование» позволяет преодолеть многие, озвученные в научной литературе, моральные затруднения в апологетике применения технологий "human enhancement". Откровенный релятивизм термина «улучшение» препятствует получению объективных данных о количественных и качественных показателях процесса совершенствования. Технологии "human enhancement", понимаемые как технологии совершенствования человека, являются результатом эволюции всех предыдущих и нынешних антропных технологий, но существует, не известная пока, мера их применения, перейдя которую человек, действительно, приобретет новое качество. Для биоэтики важен моральный статус этого совершенного человека. Очевидно, что, обладая, в большей степени, признаками техногенного вида, чем вида животного, он станет и создателем-носителем новой системы нравственных ценностей, в которой техническая «система жизнеобеспечения» будет представлять центральную ценность, а сохранение природных характеристик будет иметь прикладное значение. Это можно трактовать как улучшение с позиций Homo Perfectus и как ухудшение (деградацию) с позиций современной биоэтики. Альтернативой может быть не техногенное, а био- совершенствование, т.е. реализация природной программы саморазвития живого. Но для этого человечество не обладает пока достаточными знаниями, а коммерческие интересы требуют ускоренного прогресса технологий, но не фундаментальной науки.